Хотя этот могущественный сеньор и давал неоднократно вассальную присягу Пипину, сам он смотрел на свои клятвы как на пустую формальность. В Баварии издавна были свои законы, свои генеральные сеймы и синоды, а документы, выходившие из герцогской канцелярии, датировались годами правления Тассилона. Окруженный в своей столице Регенсбурге блестящим двором, герцог управлял страной как независимый государь. Союз и матримониальное родство с лангобардским королем еще более укрепляли герцогскую власть: его сын Теодон, посланный в Рим, по требованию Дезидерия был крещен папой с церемониями, подобающими королю. Баваро-лангобардская коалиция не просто ослабляла Франкское государство. Она угрожала его существованию.

Как реагировал на все это юный Карл? Просматривая события первых трех лет его царствования, нельзя отделаться от чувства недоумения. Кажется, он далеко не сразу сориентировался в общей политической обстановке. Почти все это время Карл скитался по своим многочисленным поместьям, охотился, отдыхал, давал вклады монастырям. Небезынтересно отметить, что будущий неутомимый воитель, позднее вдоль и поперек исколесивший Европу, более полугода подряд просидел в одном месте – на вилле в Валансьенне.

Впрочем, один самостоятельный поступок Карл в эти годы все же совершил, но то был, по существу, не более чем заключительный акт прошедшего царствования.

Хотя покорение Аквитании, стоившее Пипину таких колоссальных трудов, казалось завершенным, кое-где огонь еще продолжал тлеть под пеплом, и достаточно было известия о смерти грозного завоевателя, чтобы в начале 769 года в западной части покоренной страны вновь вспыхнуло пламя освободительной борьбы, возглавленной местным вождем Гунальдом. Карл отреагировал немедля. Симптоматично, однако, что поначалу он не рассчитывал на свои силы; он собирался привлечь к походу брата, и только после категорического отказа Карломана двинул армию в мятежную область.