Спустя некоторое время он вынул записные таблички и стал делать расчеты; потом зачерпнул воды из ручья в ракушку, попробовал воду на язык, продолжил расчеты и скоро объявил, что эта горячая вода имеет температуру от 46 до 48 градусов и содержит большое количество соляной, угольной и серной кислот; она должна помогать при проказе и ревматизме. Карл, на себе испытавший действие этой воды, вынужден был признать, что его звездочет — мудрый ученый, и стал относиться к нему с еще большим почтением. Старик-философ чистосердечно признался, что не может объяснить, почему вода в ручье горячая: на все воля Божья. Как видят читатели, это был такой ученый, каких уж больше нет: когда он чего-нибудь не знал, он так и говорил, что не знает.

Как бы там ни было, король Карл, чудесным образом излечившийся от ревматизма, не пожелал, чтобы это драгоценное открытие было потеряно для человечества; он решил, что построит на этом месте церковь в честь Пресвятой Девы Марии, потому что этот благодатный источник он нашел в день Богородицы. Король поручил своему мудрецу заказать архитектору самую красивую церковь, которую только можно было вообразить, дабы она свидетельствовала и о его собственном величии, и о его особом благоговении перед Богоматерью.

Обсудив все это, король Карл оставил старику внушительную сумму и уехал в Вейхенштефанский замок, куда призывали его неотложные заботы королевства.

III. КАК МУДРЕЦ, НЕ ИМЕЯ БОЛЕЕ ДЕНЕГ, ОДОЛЖИЛ ИХ У САТАНЫ И КАК МУДРЕЦ ОБМАНУЛ САТАНУ

Исполняя волю своего хозяина, мудрец пригласил архитектора из Константинополя, а также собрал лучших мастеровых, каких только мог найти, владевших искусством росписи и мозаики; он поручил наблюдать за работой юноше, своему ученику, которому доверял, как себе. Звали этого молодого человека Эгинхардом.

Благодаря опытному архитектору, искусным мастеровым и особенно деньгам, раздаваемым щедрою рукой старика, церковь скоро поднялась с земли и стала расти на глазах. Вот уже она стала выше самых высоких деревьев; восхитительные мраморные колонны были доставлены из Равенны и Рима; уже были отлиты двери и бронзовые решетки, как вдруг в один прекрасный день старик обнаружил, что у него остался последний мешок с золотом.



12 из 57