Иностранец на это бросает презрительное "нет". Директора оглоушило.

- А-а... - хрипит, - а-аа... - вдруг как заорет: - А не хотите кильку с кислой капустой? Нет?! А наше фирменное - только к праздникам подаем паштет из селедочных глаз?

Гость указательным пальцем двиг-двиг.

- Что я тут смотрел, что слышал - ничего не хочу. Хочу местное, особое! Почему не вижу? Позови повара.

А шеф-повар в разделочной - на полу-то, на клеенках! - завзалом е...т. У нее ноги к ушам задрались - он пружинит на ее ляжках упитанных: вваливает ей косых и отрывистых. Тут в дверь - барабанная дробь. Повар матернулся, брюки подтянул - к начальству.

Иностранец сидит строгий, глядит на директора - тот навытяжку. Рядом повар стоит насупленный.

- Почему зажимаете самую уральскую вещь? - задает иностранец вопрос с тяжелым чувством обиды. Покрутил на пальце перстень с бриллиантом и усмехается: - А может, вы взяты по лимиту? Вместо тех знающих, кто по зонам с аминем лег?

Ну-ну, мол, я вот к чему. Если по уральским горам все на север да на север - будет тундра. Там из вечной мерзлоты добывали мамонтов в прекрасной сохранности. Раньше их мясо шло в лучшие европейские рестораны. Но особенно редок карликовый мамонт. Он не больше осла.

- Его хобот, - нежно говорит гость и вкусно целует свои кончики пальцев, - я и хотел попробовать. Мне сказали - это можно найти только на Урале.

Директор, морда потная, багровая, вконец обалдел. Бормочет дурак дураком:

- Сам зять Хрущева обедал, и ни х...я! Грузди заказывал...

Гость на директора не смотрит, а секет долгим взглядом на повара. Тот рисковый мужик, чисто уральский: сетью не накроешь и, как сосенку, не свалишь.

- Так это, - говорит, - вы имеете в виду наше обычное блюдо. У нас его, почитай, весь народ пробует. Как его в народе называют - не скажу, а официально оно называется: "Карликовый хобот по-тюменски". Пойду распоряжусь.