– Я и без вас знаю, что он нотариус. Тихо вы, косматые отродья!.. Который час?

– Четверть пятого.

– Спасибо. Поднимайтесь наверх, там должны быть его служащие.

Ролан поднялся. На третьем этаже под немилосердно дребезжащую гитару низкий мужской голос распевал:

Прекрасная андалузка

Из Севильи,

Я – бравый идальго

Из Кастильи,

Внемли моей нежной

Сегедилье…

– Оле! – не удержался Ролан, постучав в дверь. – Я ищу мэтра Дебана.

– Который час? – осведомился мужской голос под аккомпанемент гитары.

– Четверть пятого.

– Дьявол! Мне пора одеваться… А по какому делу вам нужен мэтр Дебан?

– По срочному делу.

– Поднимитесь выше, наверху должны быть его служащие.

Испытывая раздражение, Ролан поднялся выше. И в самом деле, странная это была нотариальная контора. Но не будем забывать, что в то время Париж был болен и безумен. Болезнь называлась «Нельская башня» и осложнялась к тому же не поддающейся излечению любовью к гитаре, воркующей, как и в пятнадцатом веке, о мантилье, Кастилье, Инезилье…

На четвертом, этаже слышно было, как на сковородке с шипеньем шкварчит свиное сало. Дверь, как и все остальные двери в этом странном доме, была заперта, но через перегородку доносился смех и звук поцелуев.

– Где я могу найти мэтра Дебана?!

Наступила тишина, нарушаемая приглушенными смешками.

– Вам нужен господин Дебан, нотариус? – осведомились из-за двери.

– Именно. И я начинаю терять терпение…

– Который час, любезнейший?

– Тысяча чертей! – воскликнул Ролан, выйдя из себя. – Кому-то или чему-то сейчас не поздоровится!

Он и в самом деле готов был применить силу. Взрыв смеха был ответом на его угрозу. За дверью на четвертом этаже собралась большая и веселая компания.

– Милостивые государи и вы, благородные дамы, прошу тишины! – воззвал голос, прежде отвечавший Ролану. – Незнакомец! Нотариальная контора – это храм.