Зимой мы, братцы, исправимся, А как вскроется весна красная, Мы тогда-то, други-братцы, в поход пойдем, Мы заслужим перед Грозным Царем вину свою: Как гуляли мы, братцы, по синю морю, Да по синему морю, по Хвалынскому, Разбивали мы, братцы, бусы корабли, Как и те-то корабли, братцы, не орленые, Мы убили посланничка Всецарского Как и лето настанет, братцы, лето теплое, Да, пора уже нам, братцы, в поход идти. Ой вы, гой еси, братцы, атаманы-молодцы, Эй вы, делайте лодочки коломенки, Забивайте вы кочета еловые, Накладывайте бабаички сосновые, Мы пойдем, братцы, с Божьей помощью, Мы пригрянем, братцы, вверх по Волге-реке, Перейдем мы, братцы, горы крутые, Доберемся мы до царства басурманского, Завоюем мы царство Сибирское, Покорим его мы, братцы. Царю Белому, А царя-то Кучума в полон возьмем И за то-то Государь Царь нас пожалует. Я тогда-то пойду сам к Белому Царю, Я надену тогда шубу соболиную, Я возьму кунью шапочку под мышечку, Принесу я Царю Белому повинную: Ой ты гой еси, надежда православный Царь! Не вели меня казнить, да вели речь говорить: Как и я - то Ермак сын Тимофеевич, Как и я - то воровской Донской атаманушка, Как и я - то гулял ведь по синю морю, Что по синю морю, по Хвалынскому. Как и я - то разбивал ведь бусы корабли, Как и те корабли все не орленые, А теперича, надежда, православный Царь, Приношу тебе буйную головушку И с буйной головой царство Сибирское!»

Молча слушал Ермака круг казачий. И думали казаки «думушку единую». И сладка им была мысль искупить свои грехи, свои грабежи и нападения на купцов великим подвигом, таким подвигом, который прославил бы навсегда имя казачье. А слава казачья донцам была всего дороже.