-- Элечка, садись, -- дядя Жора откинул мягкоесидение на задней стенке рубки, и мать села, скинув с головы платок и расстегивая пальто.

Катер плавно сменил курс, нас подхватило течение, и мы увидели распахнутую горловину залива.

Яхтсмен приподнял деревянную лаковую крышку:

-- Здесь ящики для лоций и навигационных карт. Здесь, -- его вытянутая рука указала на шкафчик, и я различил прячущуюся под рукавом татуировку: "Не забуду..." -- навигационные приборы -- компас, бинокль, секстант. Это приборы двигателя -- он пощелкал грязными ногтями по красивой панели. Сейчас выйдем в залив и спускайтесь вниз, смотрите...

-- А какова осадка и дедвейт? -- спросил дядя Жора, стоя за спиной рулевого и подмигивая мне: мы, дескать, тоже, корабелы.

-- Осадка в грузу около метра, -- проговорил рулевой, вглядываясь в серую даль. -- Дедвейт у грузовых, а у нас пассажирское. Правильнее говорить о водоизмещении. -- Он помолчал. -- Десять тонн... -- На его правой руке я разглядел еще одну татуировку,похожую на картинку с пачки папирос "Север" -восходящее солнце, которому не суждено взойти.

-- Я это и имел в виду, -- согласился дядя Жора. -- Десять тонн это неплохо... -- Он повернулся к отцу: -- А, Сережа? Десять тонн, нормально?

-- Вполне, -- сказал отец, оглядывая рубку и трогая зарешеченный плафончик над головой. -- Ну, что, можно спуститься в носовую каюту? -- он показал на сбегающие вниз ступеньки.

-- Спускайтесь, -- разрешил хромоногий.

Я успел юркнуть по трапу первым и нажал никелированную ручку двери.

Новый плащ, костюм и водолазка, которые я собирался купить с заработков на практике, стали казаться мне ничтожным пустяком, пустым переводом денег. Если нужно, я отдам все, только бы отец с дядей Жорой купили этот замечательный катер. Где они такой откопали? Это же сказка! Сужающееся к носу купе с четырьмя полками, световой люк над головой, зеркала!