Я поднимала их, но у всех троих было одно и тоже: без сознания, глаза открыты и двигаются туда-сюда. Какой-то бред.

Кто они были? Те, которые упали первыми?

Три девочки. Очень дружили между собой. Я стала громко звать их по именам, хлопать по щекам. Довольно сильно. Бесполезно. Они ничего не чувствовали. Моя ладонь как бы ударялась о тугую оболочку, под которой пустота. Такое странное ощущение…

Надо бы послать кого-нибудь в школу, мелькнуло в голове. Бегом. Троих, да еще когда они без сознания, одна я не дотащу. Стала искать глазами мальчика, который у нас бегал быстрее всех. Поднялась, огляделась и увидела, что все остальные дети тоже лежат на земле. Все шестнадцать – без сознания. Все, кроме меня. Прямо как на войне.

А вы не заметили тогда чего-то необычного ? Например, запаха, или, может, звук какой-то был, световая вспышка?

(Подумав.) Нет. Я уже говорила: вокруг было так тихо. Мирная жизнь. И ничего такого – ни звуков, ни света, ни запаха. А все мои ученики лежат. В тот момент мне показалось, что на всем свете я одна осталась. Жуткое одиночество. Ни с чем не сравнимое. Хотелось, ни о чем не думая, взять и раствориться в пустоте. Но это же мой класс, я за него отвечаю. Тут же взяв себя в руки, я со всех ног бросилась вниз по склону к школе – за помощью.

Глава 3

Я проснулся, когда стало светать. Отодвинув шторку, посмотрел в окно. Дождь хоть и перестал, но за окном все почернело от сырости и сочилось водой. Казалось, потопу не будет конца. С востока по небу плыли тучи с четкими контурами, обведенными световой каймой. По цвету картинка получалась какая-то зловещая и в то же время чем-то притягивала к себе, завораживала. Стоило посмотреть на тучи под другим углом, и рисунок на небе тут же менялся.