А б р а м (про себя). Надо его информировать. (Ему.) Здорово!

В а с я. Здорово! Слушай, Абрам. (Про себя.) До чего неловко! (Ему.) Такое дело, Абрам... Тут тебя Кузнецова, между прочим, дожидалась, видел?

А б р а м (тревожно). Так что из этого следует? Ну, дожидалась и дожидалась, а что такое?

В а с я. Да нет, это так, между прочим.

А б р а м. Между прочим?

В а с я. Между прочим... Абрам...

А б р а м. Ну? Она тебе ничего не говорила?

В а с я. Ничего. А что?

А б р а м. Ничего. Это я так, между прочим.

В а с я. Между прочим?.. Ага... Абрам... Ты себе, я вижу, купил козлы?

А б р а м. Ну, ерунда. При чем тут козлы? (Про себя.) Надо его информировать. (Ему.) Кстати, о козлах... Я должен задать тебе один принципиальный вопрос.

В а с я. Ну? (Про себя.) Кажется, догадался.

А б р а м (с отчаянием и мрачной решимостью). Васька! Ты допускаешь, чтобы в этой комнате помещалось трое?

В а с я (отчаянно). А в чем дело?

А б р а м. Я тебя спрашиваю: этично это или не этично?

В а с я. Ясно, что этично. А куда же иначе деваться? Ты же, кажется, глубоко свой парень. Сам понимаешь.

А б р а м (в восторге). Правильно, Васька! Вот за это я тебя люблю! Спасибо, старик! Я знал, что ты не подкачаешь. Даю тебе честное комсомольское слово, что постараюсь тебя не стеснить.

В а с я (со слезами умиления на глазах). Спасибо, друг! Спасибо, Абрам! Я всегда говорил, что ты глубоко свой парень. Как бы только я тебя не стеснил.

А б р а м. Ерунда! Ты-то стеснишь?.. Вот только чтоб я...

В а с я. Ну, все-таки... Занавесочки там пойдут всякие, канарейки в клетке... То, се... Она, положим, баба хорошая.

А б р а м. Руку, товарищ! Я так рад, что она тебе понравилась!

В а с я. Спасибо, спасибо! Я был уверен, что ты страшно обрадуешься.