– Автомобили! – улыбаясь, вкрадчиво сказала я.
– Ну? – Полонский посмотрел на меня, потом на рюмку в своей руке, секунду подумал и тоже расцвел улыбкой. – Ты предлагаешь…
Я глубоко кивнула.
– Кузнецова, ты гений! – сказал Баринов.
Он только с виду идиот, а соображает отлично.
– Отличная концепция, за это надо выпить!
– Да какая концепция-то?! – не выдержала неизвестности истомленная Катька.
– Очень свежая! – заверила ее я.
– Но сырая! – веско напомнил Всеволод.
Он тоже ловит мысли на лету.
– Осталось всего пять минут! – взвизгнула секретарша.
– Пять минут, время пошло! Ну, поехали! – скомандовал Баринов и звонко тюкнул своей рюмкой о мою.
Среда
1
Без одной минуты девять на стеклянной двери банка еще висела табличка «закрыто». Засмотревшись на нее, Юнус не заметил, что сосед по столику поставил свой стаканчик рядом с его тарелкой, а себе взял кофе Юнуса.
– Еще кофейку? – кокетливо спросила румяная буфетчица в старомодной кружевной наколке на взбитых кудрях и белом фартуке с рюшечками поверх сатинового брючного костюма, какие носят на работе оперирующие хирурги.
Взгляд у женщины был теплый, сладкий и масленый, как пончики, которых Юнус съел уже пять штук, выпив при этом два стаканчика кофе. Кофе, кстати, в этой забегаловке был совсем не вкусный. Наверное, не стоило наливать его в пластмассовые стаканчики, но другой посуды, кроме одноразовой, в заведении не имелось. Забегаловка – она и есть забегаловка! Правда, и цены здесь несерьезные, так что даже в ранний час отбою нет от желающих позавтракать на скорую руку.