ЕВГЕНИЯ (с азартом). Сдавайте!

ГАБИДУЛИН. Это разговор.

ВАРЯ. Обрадовался.

ЕВГЕНИЯ (Варе). Они проиграют.

ГАБИДУЛИН. Сдаю. (Начинает сдавать карты.)

ВАРЯ (останавливает Габидулина). Сиди. (Евгении.) Ты хочешь пива?

ЕВГЕНИЯ. Нет. Но увидишь, они проиграют.

ВАРЯ. Им только начать. (Решительно.) Нечего их поважать. (Габидулину и Михалеву.) Переживете.

ГАБИДУЛИН. Командуешь?

ВАРЯ. Никакого пива.

МИХАЛЕВ. Зажали инициативу.

Никто из них не заметил, как на веранде дома появилась Колыванова. Колывановой сорок пять лет. Она среднего роста, пышная женщина с круглыми плечами и двойным подбородком. Но тут необходимо заметить, что полнота ее не безобразна и вполне приличествует ее возрасту. Вполне еще способна привлечь к себе внимание нестрогого или специального вкуса. Волосы искусно накрашены и стянуты на затылке узлом, лицо и руки холеные. Одета она в розовый халат. Голос она имеет грудной. Интонации всегда почти спокойные, ровно-повелительные, что заставляет подозревать в этом человеке чувство собственного достоинства или излишнюю самонадеянность. Частенько так говорят и так держатся люди, имущие власть или не нуждающиеся в деньгах. Путь, пройденный этой женщиной от простой официантки до директора универмага (а она именно директор), не обделил ее жизненным опытом, проницательностью, крепкой практической сметкой. Итак, она появилась на веранде и позволила себе, не выдавая своего присутствия, послушать, о чем говорит молодежь.

ЕВГЕНИЯ (капризно). А я хочу пива. (Варе.) Сейчас захотела.

ГАБИДУЛИН (Варе). Слыхала?

ВАРЯ. Дело ваше, а он (о Габидулине) пить не будет. (Габидулину.) Кто вчера обещал? Кто божился?

ГАБИДУЛИН (угрюмо). Про пиво я ничего не говорил.

МИХАЛЕВ. Варя! По бутылке на брата - о чем разговор?

ЕВГЕНИЯ. Хочу пива!

МИХАЛЕВ. Я сбегаю. (Поднимается.)