А вот воздуху не доверяла. И каждый раз, думая о ненадежности воздушного транспорта, покупала в дьюти фри самые дорогие духи. Типа «свалится самолет, и я попаду на небо, надушенная хорошими духами»! Словно кокетничала с господом богом.

– Что купила? – зависла над ней Лиза Золотова. – Хороший запах! Но я люблю послаще… Оль, ты не поверишь! Звонит мне сейчас жена критика Сулейманова, мол, присмотрите, девки, за моим старичком. На жару не выпускайте, в море купаться не разрешайте, а то он в прошлый раз в воде зубы потерял, спасатели еле со дна достали… Я говорю, присмотрим, еще как присмотрим… Обученного человека приставим! Я ж не могу сказать, что с ним и так молодая сиделка едет. Не, не сиделка, лежалка…

– Да ладно тебе, – миролюбиво ответила Ольга. – Лишь бы жил. Очень сдал с прошлого года…

Фестивальная очередь рассыпалась по бутикам, залам и барам зоны отлета, как бусы с лопнувшей нитки. Периодически бусинки встречались в толпе и перемигивались, сигналя друг другу своей фестивальной энергией. Потому что только они знали, в какое море наслаждения свалятся всем коллективом сразу после приземления самолета в Неаполе. И какой щедрой итальянской самобранкой распахнется перед ними нынешнее «кино, вино и домино».

Ольга с неудовольствием отвернулась от своего изношенного за зиму и весну лица в зеркальной витрине. Оно бледно возлежало в гарнире модной стрижки и выглядело как детская раскраска, планирующая ожить под кисточкой солнца и моря. Ольга подробно знала север Италии, но ни разу не была на юге. И заранее представляла его круглосуточным карнавалом.

– Оль! – царапнула ее сзади Вета сложносочиненно наманикюренным ногтем. – Чего это у тебя? Духи? Покажи? Брызни на меня. Отстой! Нафталин! У меня б спросила, что купить! Ты в курсе, что Сестры Бери едут? Не в курсе? Вот именно! Готовь бронежилет!