
– Ты пишешь вака,
Кэйсаку тоже выписывал книги из Токио, но то была исключительно узкоспециальная литература по сельскому хозяйству и животноводству. Стоявшие на полках научные труды по экономике и политике тоже не прельщали Хану. Ей хотелось развеять тоску стихами какого-нибудь современного поэта, вроде Китамуры.
Хана прекрасно понимала, что деверь настроен к ней враждебно, и это не давало молодой женщине покоя, потому выполнить просьбу мужа и поговорить с Косаку насчет свадьбы было не так-то просто. Но не дело жене вносить в семью разлад, и Хана все-таки побеседовала с Косаку о дочери Осава, тщательно подбирая каждое слово. Тот внимательно выслушал невестку и даже переспросил, желая уточнить, правильно ли он ее понял:
– Вы имеете в виду младшую ветвь клана Осава из деревни Дзисонъин?
– Как он отреагировал?
– Похоже, он слышал о них.
– Сразу не отказался, так?
– Нет, не отказался.
Кэйсаку кивнул и попросил Хану послать Тоёно официальное письмо с просьбой прощупать почву, поскольку для начала полагалось намекнуть обществу о том, что семья Матани интересуется девушкой из рода Осава. Хана вздохнула с облегчением. Отчего-то она была уверена, что отношение Косаку изменится, стоит ему увидеть невесту, ведь дочка у Осава хорошенькая и очень приятная в общении.
