Сама Ламара помалкивала. Не хотелось ей заработать кличку "кошачья мама"!

А котенок, о котором было столько разговоров, времени не терял и рос.

На случай, если это не всем известно, заметим: кошкины дети ходить не учатся, они сразу начинают бегать.

Еще вчера постоянно спавшее создание вдруг забегало и сразу заполнило собою дом, куда ни глянешь - оно! Или прибегает, или убегает, или играет непременно там, где люди, - голова могла закружиться от него.

Был у Кинто тогда не только укромный уголок с опилками, которым он очень охотно пользовался, но и своя постоянная столовая - в другом укромном углу кухни: кусочек клеенки на полу, а на клеенке - блюдце. Кот давно научился лакать, но по совету бабушки серебряную ложечку пока не убирали. Она лежала подле блюдца, и получалось, что у кота стол всегда накрыт.

Однажды под вечер, когда вся семья собралась за чайным столом, послышался капризный котячий плач. Смотрят - сидит Кинто в своей столовой, пустое блюдце в стороне, а он, свесив морду над крохотной ложечкой, отчаянно орет. Женщины рассмеялись. Они давно заметили, что котенок просит есть только у своей серебряной "мамы". Ламара даже спящему совала под нос ложечку. Сначала он шевелил ноздрями, потом таращил глаза, а разглядев, что это такое, начинал пищать.

Когда все это рассказали папе, он вышел из-за стола, постоял над котенком, посмотрел на жену, потом на бабушку и сказал:

- Она права, оставьте в покое несчастного сироту, где хочет, там пускай и прячется. Кормите как следует и больше не мешайте ему расти.

Так дом обрел мир и покой, а папа лишний раз доказал широту своей натуры - согласился с мнением тещи.

Рос котенок нормально, но для людей, ничего подобного не наблюдавших, все казалось необыкновенным.