Военный министр выслушал указание премьера. Невозмутимо и вежливо он ответил:
— Танака-сэнсэй
По пути из резиденции премьер-министра он заехал в генеральный штаб, взволнованный, теряющий спокойствие, сказал генералу Койсо — благоразумному Койсо, как его называли:
— При дворе настроены расследовать причины гибели Чжан Цзо-лина. Премьер-министр только что сказал об этом. Он желает выглядеть ясновидцем и предполагает, что смерть маршала — дело военных.
— Он хочет быть пророком? — воскликнул Койсо. — Но, как говорит пословица: предсказатель сам никогда не знает своей судьбы!
— Я тоже так думаю, — сказал военный министр. — Не возомнил ли он себя гусеницей, которую должен объезжать экипаж…
— Истинные самураи, прославляющие родину, заслуживают всяческой похвалы, — добавил Койсо. — Надо сделать все, чтобы расследование не состоялось.
Премьер Танака оказался между двух огней. Его противники поспешили воспользоваться сложившейся обстановкой.
ПРЕМЬЕР ТАНАКА
Он был хорошим надежным слугой, но у него не было имени… Когда хозяевам требовалось позвать своего слугу, они ударяли в ладоши или восклицали: «Хей!» И это восклицание вскоре сделалось его именем.
Хей жил в семье Гиити Танака много лет, к нему привыкли, так же как к попугаю, сидевшему на металлической жердочке возле окна. Однако, в отличие от попугая, с его ядовито красно-зеленым оперением, Хей был совершенно бесцветен. Он носил чесучовую курточку с маленьким стоячим воротником, такие же кремово-серые широкие штаны и мягкие туфли. Хей никому не докучал своим присутствием, он бесшумной тенью появлялся мгновенно, по первому зову, сопровождая свое появление сдержанно вежливым кивком головы. Казалось, Хей постоянно дежурит за ширмой и только того и ждет, чтобы его позвали.
Его лицо, тщательно выбритая голова и тонкие руки были коричнево-желтого цвета, будто долго варились в бобовом соусе. Никто не знал возраста Хея, так же как не знали прошлого безотказного и преданного слуги. Конечно, раньше у Хея было имя, но его давно забыли, так же как забыли и то, что он когда-то жил на Формозе.