Большая улица, идущая от вокзала на юг, оказалась улицей распродаж. На ней по сверхнизкой цене продавались бесполезные, но очень приятные вещи. Например, коробки со статуэтками а-ля-гробница Цинь Ши-хуанди (глиняные копии, в наборе 4 солдата и лошадь, вес 1 кг), большие китайские лупы, пластмассовые бинокли, каменные шарики (в руке катать), веера, пластмассовые папирусы с напечатанными образцами каллиграфии, наборы палочек для еды, амулеты и сувениры восточной направленности (продаваемые в Москве в магазине «Путь к себе»), кошельки, ножи, часы-будильники и всё такое прочее, всё по три юаня (10 руб.), то же что в Москве стоит в 5-10 раз дороже. Комплект статуэток в России легко продавался бы за 200 руб, лупы продают за 100. Камни, талисманы и статуэтки пузатых божеств, наборы китайских древних (поддельных) монет и другие ненужные вещи — когда их продают в России, то пишут, что якобы обладают они все лечебным или магическим воздействием. Например, древняя китайская дырявая монета — якобы амулет, деньги приносит… — И вот такие распродажи тянулись целой улицей, да и всем городом.

Не стали ничего покупать, ведь надо было искать позавчерашнего китайца Чжан Баошаня. Его университет оказался на южной окраине города, возле телевышки, куда ходил автобус 603. Показывая молодым китайкам иероглифы, коими Чжан написал свой адрес, — через час после начала поисков мы вошли на территорию университета. Шансийский государственный университет (от названия провинции — Шанси) содержал десяток, а то и больше зданий, среди улиц и зелёных аллей, по которым бродили студенты. Другие сидели на уличных скамейках и все учили английский язык, в основном безуспешно. Одно пятиэтажное здание, возможно деканат, было до самой крыши завито плющом.

Не зная, куда идти далее, мы позвонили (с мобильника кого-то из студентов: мобильники у всех!), и вскоре Чжан вышел к нам из одного из зданий. Был он не один, а даже с женой и с ребёнком. К себе домой, правда, не повёл, а доставил на кафедру пищевых технологий, где он работал. От незнания языка и разности менталитета Чжан сперва не мог понять, что нам надо, пытался запихнуть в гостиницу, но всё же потом понял. Закончилось тем, что нам на три дня выделили комнату, в которой в учебное время заседал, наверное, какой-нибудь учёный совет: с большущим столом и тяжёлыми начальственными стульями. Мы были очень довольны.