То, что, оказывается, можно заранее высчитать размер ущерба, причиненного каждым летом ударами молнии, представлялось мне фактом, заслуживающим уважения. Но зато более или менее точные подсчеты количества ежегодно совершаемых ограблений и самоубийств склоняют меня и сегодня к весьма скептическим размышлениям относительно человеческого общества и свободы действий, данной тем, кто его составляет.

Мой отец не был обременен подобными мыслями. Случайность и рок были для него словами, лишенными смысла. Подобно мольеровскому врачу, которого ничуть не волнует причина смерти, лишь бы она соответствовала учебникам факультета медицины, он не без удовлетворения воспринимал беды своих ближних, лишь бы ближние обладали полисом, законно составленным уважаемой страховой компанией.

Он и сам должным образом застраховался, так что, идя ко дну во время рыбалки, мог с полным основанием считать, что стал жертвой оговоренного законом несчастного случая и что благодаря его дальновидности его семья, состоявшая из матери и меня, не будет ни в чем нуждаться.

Именно по этому печальному поводу я и получил возможность впервые обнаружить то, что называют, в зависимости от миропонимания каждого человека, превратностями игры или неисповедимыми путями Господними. Страховой компании удалось доказать, что драматическое событие, унесшее жизнь моего отца, произошло более чем в шести милях от побережья, тогда как семья застрахованного, как его без всякой иронии продолжали называть, при подобных обстоятельствах могла воспользоваться страховкой лишь в том случае, если он принимал участие в дуэли или имел неосторожность воспользоваться аэропланом.

Тщетно доказывали мы, что злополучная лодка была снесена течением к роковому месту; что если мой отец оказался за пределами той линии, до которой распространялась забота компании о жизни своих клиентов, то это произошло не по его воле. Ничего не помогло. Нам показали составленный собственной рукой усопшего контракт и выплатили, в виде исключения и учитывая его большие заслуги, эфемерную сумму, которая полностью утекла на гонорар адвокату.