— Что еще вам нужно?

— Чуть больше информации о мистере Джелликоу. И, если можно, фотографию вашего мужа, желательно из последних.

Она нашла фотокарточку двухгодичной давности размером девять на двенадцать, сделанную в фотоателье. Я задал ей необходимые вопросы, но ее ответы мало что прояснили. Конечно, достаточно и фотографии. Вряд ли найдется много людей, похожих на Уилфреда Джефферсона Джелликоу.

На снимке он стоял в непринужденной позе, облокотившись на полку бутафорского камина, зажав двумя вытянутыми пальцами сигарету и раздвинув в улыбке губы.

Высокий, худой, весь в черном — ни дать ни взять гробовщик на похоронах собственного отца, оставившего его без наследства. Лицо унылое, осунувшееся. Все морщины — от уголков глаз, от носа и краев рта — сбегали книзу. У него был вид отчаявшегося, не раз пережившего крах человека.

Я спрятал фотографию в карман пиджака, и мы несколько минут молча смотрели друг на друга. Наконец мне это надоело. Подавшись вперед и подобрав ноги, я, потирая поясницу, медленно встал и выпрямился.

— Какие милые стульчики у вас в саду, — заметил я.

— Я рада, что они вам понравились, мистер Скотт.

Глава 2

Прежде чем тронуться, я позвонил из машины в отель «Кавендиш».

Мой мобильный телефон лежал в специальном углублении под приборной панелью. Все звонки домой или в офис можно было переводить сюда, но я не хотел, чтобы все кому не лень отвлекали меня от важных философских рассуждений. Кроме того, меня сопровождали хорошенькие девушки. И я организовал дело так, чтобы со мной по мобильному телефону могли связаться только те, кому известен номер: полицейские, некоторые осведомители и несколько самых близких знакомых, как правило, женского пола.

Не дозвонившись мистеру Джелликоу в номер, я узнал у портье, что ключ так и висит на месте, и поехал обратно в город. По пути сделал еще ряд звонков: связался с несколькими информаторами, навел справки в полицейском управлении Лос-Анджелеса.