Правда, Леля как-то отличает своих, рожденных из и для хаоса. Сколько-то лет назад, когда мы в какой-то очередной раз с нею развелись по обоюдному и страстному согласию сторон, она сказала:

- Надоело вычитывать идиотов (она тогда литредакторствовала в нашей газетке). Ну как это понимать: "Чернобыльцы, задетые зловещим крылом четвертого реактора, достойны лучшего"? А это: "В галошах и тюбетейке на голове"? Все. Хочу замуж за бандита.

И вышла именно за бандита. За самого натурального гангстера и организованного преступника. Хотя на вид это был современный молодой преуспевающий человек, то есть господин. Неясно, в чем преуспевающий, но что преуспевающий и что господин - ясно и видно за версту по машине и манерам. Излишне вежливый, излишне спокойный. Смотрел на Лелю нежным, возможно, влюбленным взглядом, хотя был существенно ее моложе. При знакомстве вполсилы улыбался, называл меня по имени-отчеству, поддерживал, как мог, контакт. А мог он вполне прилично. Даже обнаружил, что ему небезызвестны Кафка, Камю, Курков и кто-то еще, чуть ли не Хайдеггер. Короче, он мне понравился, и я был рад за Лелю, рад, что на сей раз она попала в хорошие мужские руки и все у нее теперь будет по-другому и хорошо, а не так, как было со мной, и, значит, со мной уже ничего, слава Богу, не возобновится никогда. Я даже позволил себе легкую издевку, мол, как же это она так лопухнулась собиралась за бандита, а вышла за какого-то кандидата филонаук, по совместительству представителя малого и среднего бизнеса?

- Кандидата! - сказала Леля. - Ну что ты! Он самый настоящий, рафинированный, можно сказать, бандит. О его деятельности Интерпол осведомлен. Он с кабинетом министров встречается ежемесячно, и в самых элитных бандитских