Вдребезги разлетелось заднее стекло. На переднем появилась цепочка пулевых пробоин. Но в основном стреляли по колесам. Пробьют хотя бы однук шину, тогда, действительно, кранты.

Шальная пуля задела ухо. Боли не было — на голое плечо потекла кровь.

Неожиданно сидящая на заднем сидении Светлана закрыла любовника своим телом. Обхватила руками за плечи, прижалась. Шептала что-то нежное.

Очередь омоновца прострочила девушку. Еслм бы не она, киллер встретился бы на небесах со своими жертвами. Скорее — в аду, на сковороде.

Глупая смерть! Жила бы сейчас белокурая красавица на средиземноморском побережьи. С любимым человеком. Ездила на роскошном «кадиллаке», купалась в море. Вдруг появились бы дети! Такие же мужественные, как отец, красивые, как мать…

Александр, не открывая глаз, возмущенно отмахнулся.

Глупой смерть никогда не бывает. Если она даже дурацкая. Светлана спасла любимого человека. Можно сказать, принесла себя в жертву. Разве это не подвиг? Не отмеченный наградам, не вписанный в историю.

И все же, закололо в сердце. Надо бы провериться у врачей, подумал Собков. Вдруг прицепилась какая-нибудь зараза? Нет, не зараза! Это достают его воспоминания. Прошлое никогда не исчезает бесследно — прячется в темном углу сознания, время от времени вылупляется…

— Мсье Федя, вы никуда ехать не собираетесь?

Александр открыл глаза, оглянулся. Держа в руке берет, возле шезлонга стоит итальянец-водитель. Единственный человек, фамильярно называющий хозяина по имени. Исключая, конечно, вертлявую красотку, работающую на вилле служанкой. Жанна, переделанная на русский язык — Анна. Служанка и любовница. По вызову.

— Нет, не собираюсь… А что?

— Жена заболела. Разрешите отвезти ее к врачу на «кадиллаке»?