И все тяжелые чувства как рукой сняло. Осталось только одно – незнакомое, непонятное, смутное ощущение, что-то вроде благодарности к наставнику. Но об этом Клеопатра старалась не думать. И ни разу и словом не обмолвилась, что в ту ночь все-таки вышла из своей спальни. Быть может, ее вела сама судьба? То, что еще вчера было невозможным, сегодня уже находилось в пределах досягаемости.

В путешествие по Нилу Клеопатра взяла с собой «Историю Египта» Манефона, Геродота и Платона. Особо внимательно слушала Клеопатра рассуждения наставника о проводимой Римом политике, о римских государственных деятелях и о том, что ее отец все-таки вернется в Александрию.

– И что тогда? – спросила она.

– Что?.. Беренике не поздоровится, а за себя можешь не волноваться.

– Ты думаешь, он все еще любит меня?

– Он любил твою мать, а это намного серьезнее, чем если бы он просто любил тебя. Ты всегда была любимицей. Думаю, что после его возвращения ты сохранишь свой статус. И тогда…

Аполлодор замолчал, внимательно вглядываясь в черные глубокие глаза девочки.

– Я все поняла, – ответила Клеопатра. – Я не упущу своей возможности.

Сириец довольно улыбнулся.

– Ты самая необыкновенная из всех Птолемеев! Кстати, как только вернемся, возобнови свои занятия с учителем красноречия Теодотом. Как бы он тебе ни нравился, но он необходим. А владение ораторским искусством еще никому не повредило.

– А как долго мы будем путешествовать?

– Пока не вернется твой отец.

– Что? Но ведь он может вернуться через много лет или вообще не вернуться!

– Тебе нечего делать во дворце среди глупых людей. А Птолемей вернется скоро. Египет слишком лакомый кусок для римлян, а твой отец им сильно задолжал.

– А как же библиотека? Мусейон?

– Не переживай, говорю же тебе. Мы вернемся быстрее, чем ты думаешь.

Так и решили.