— Как это «не имеет значения»! Не ты ли в романе «Куда уходит любовь» писала, что для полного взаимодействия цветов и хозяев дома важны не только цвета, но даже их оттенки? А я-то привыкла верить всему, что выходит из-под пера Марго Перес!

Птичка начала ежиться плечами, как это делают стесняющиеся девочки.

— Я все-таки думаю, графиня, что к «цветам фламинго» это не имеет отношения.

— Вот как? — Апраксина на минуту задумалась. — В таком случае, я полагаю, лучше всего остановиться на естественном цвете. Какого цвета они на воле?

Птичка в растерянности оглядела угол, заставленный большими горшками с «цветами фламинго» — малиновыми, алыми, розовыми и белыми.

— Я что-то сейчас не припомню точно… — пролепетала она. — Ах да! Ну, конечно! Если в них прячутся фламинго, а фламинго — розовые, то и цветы на воле должны быть розовые!

— Понятно. Я так и подумала. Ах, Марго, дорогая, ты только погляди, какие чудовища! — Она указала на крупные светло-зеленые растения с огромными колокольчиками, формой да и размерами похожими на раструбы старинных граммофонов. — Судя по цветам, это что-то из семейства пасленовых? Я не ошибаюсь?

— Да вы-то никогда не ошибаетесь! — с некоторой обидой в голосе произнесла Марго. Она быстро подошла к кадке с невероятным растением, наклонилась к этикетке и прочла по слогам: — Да-ту-ра!

— Спасибо, дорогая, — кивнула Апраксина. — Не устаю восхищаться твоими поистине энциклопедическими познаниями. А вон там, на стеллаже, я нижу целую коллекцию суккулентов… А рядом — эпифиты! — Апраксина чувствовала уже покалывания совести, грех было так издеваться над бедной влюбленной дурочкой, но остановиться не могла — ее несло. — Подойдем поближе, ты ведь, конечно же, хочешь полюбоваться суккулентами и эпифитами?

— Нет! — неожиданно взъярившись, отрезала Марго. — Не желаю я больше любоваться ни «юпифитами», ни этими «суками» или как их там!