Во всяком случае, так думала обиженная и раздосадованная отсутствием мужа Мариша. Что думал по этому поводу сам Смайл, оставалось для Мариши загадкой. Во время их ссор возмущалась одна она. Муж лишь слушал ее, мрачнея с каждой минутой. А затем мрачно и долго страдал, но все так же молча! Вытянуть из него, согласен он с женой и теперь обдумывает ходы своего исправления или совершенно не согласен и считает ее вздорной дурехой, Мариша никак не могла. И от этого сердилась еще больше.

– Кричу, кричу, а толку никакого! Ты меня слышишь или нет? Ну, скажи хоть слово! Прямо убить тебя хочется, лишь бы только ты заговорил!

Не добившись понимания со стороны мужа, другая бы на месте Мариши кинулась за утешением к родным и близким. В первую очередь к маме. Но Мариша этого не делала. Потому что пока они ссорились со Смайлом вдвоем – это все еще было легко и поправимо. Но стоило в ссору вмешаться третьему человеку, как супружеская разборка грозила перерасти в скандал вселенских масштабов.

Поэтому Мариша стоически молчала, но мама, казалось, все и сама прекрасно понимала. И едва проводив Смайла в аэропорт и вернувшись домой, Мариша услышала телефонный звонок.

– Вот что, нечего тебе одной дома куковать! – решительно произнесла Тамара Ильинична. – Я тут приобрела для себя путевку в санаторий, но теперь вместо меня поедешь ты!

– Я? Но я не хочу никуда ехать. Я не в том состоянии, чтобы куда-то лететь.

– А тебе лететь никуда и не надо. Санаторий находится тут недалеко. Под Новгородом.

– Тем более. Что мне там делать?

– Будешь гулять, отдыхать, купаться в бассейне!

– Какой смысл куда-то переться? – не сдавалась Мариша. – Все это я могу делать и дома.

– Природа там чудесная. Воздух изумительный! Люди прекрасные! Питание…

Тут Маришина мама остановилась, видимо, захлебнувшись слюной от восторга. Но Мариша разделить мамино настроение не торопилась.