У причала шумная толпа. Одни уезжают, другие провожают, третьи пришли просто так поглазеть. Среди пассажиров больше всего туркменов, затем десятка два европейцев различных национальностей, несколько персов и даже двое уроженцев Поднебесной Империи. Эти, очевидно, едут в Китай.

«Астра» битком набита всевозможными товарами. Места в трюме не хватило, загромождена вся палуба. Для пассажиров отведена кормовая часть, но и там навалены тюки и ящики, прикрытые толстым просмоленным брезентом для защиты от волн.

Сюда сложили и багаж Фулька Эфринеля, который руководил погрузкой с энергией истого янки, решившего во что бы то ни стало не терять из виду свой драгоценный груз — кубические ящики длиной, шириной и высотой по два фута, старательно обтянутые лакированной кожей, с надписью, вытесненной крупными буквами: «Стронг Бульбуль и Кo в Нью-Йорке».

— Все ваши ящики на борту? — спрашиваю я у американца.

— Вот несут сорок второй и последний, — отвечает он.

Действительно, в эту минуту показался носильщик с упомянутым ящиком на спине. Мне кажется, что он слегка покачивается, то ли от тяжести груза, то ли от неумеренного употребления водки.

— Wait a bit! — кричит Фульк Эфринель. Затем, чтобы быть лучше понятым, он восклицает на хорошем русском языке:

— Осторожно!.. Осторожно!

Совет превосходный, но запоздалый. Носильщик делает неловкий шаг, ящик срывается с его плеч, падает… к счастью, по эту сторону бортовых сеток «Астры», раскалывается на две части, и по палубе рассыпается содержимое порванных бумажных пакетиков.

Какой негодующий крик испустил Фульк Эфринель! Каким тумаком наградил он неловкого носильщика, повторяя полным отчаяния голосом:

— Мои зубы!.. Мои бедные зубы!

И вот он, ползая на коленях, подбирает разлетевшиеся по узкому проходу изделия из искусственной слоновой кости, а я при виде этой забавной сцены не могу удержаться от смеха.