Нет, не смогу. Не имею морального права. Если я завтра же не начну копаться в прошлом супруги, копаться с тем, чтобы как-то пресечь будущие убийства, то вся вина ляжет на меня.
Тем более причин покопаться много. И они разные. Перпендикулярные и секущие. Самая главная – надо доказать себе, что я ошибаюсь, и Вера никакая не маньячка, а нормальная женщина со всеми современными вывихами, то есть стереотипами.
Другая причина...
Другая причина подленькая. Как же без подленького? Это не по-человечески. Если чего-нибудь накопаю, буду командовать парадом. К черту карьеру! К черту мерседесы! Да здравствуют истинные ценности! Долой эмансипацию! Лучше еще ребеночка родить. А чтобы неповадно было по соседям бегать с ножом в руке бегать, на скользящую цепь посажу. Пункт А – кровать, пункт Б – кухня. Два раза в день прогуливать буду. В цирк, в гости, на Крымский вал на выставку. Воображение разовью...
Все дело в воображении. Люди с воображением ни на что не способны. Даже на маньячество. Только из головы придумывать... Книжки писать, картинки мазать.
Маньячество идет от недостатка фантазии. Вот мне убивать не надо, я, если захочу, придумаю что-нибудь кровь холодящее. Взрежу в мыслях живот соседа Коростылева разделочным ножом, потом зашью белыми нитками и снова взрежу. И снова зашью. И представлю еще, как непросто иголкой человеческую кожу протыкать. И еще как кишочки жирком внутренним обросли и как камни в вырванном желчном пузыре выглядят... Это запросто.
Третья причина тоже простая. И банальная. Лучшая защита – это нападение. Сидеть и ждать, пока тебя опять в милицию заберут и потом на пятнашку закроют? Нет, увольте. Это не для меня. Я ведь только с головы до пояса безвольная Рыба. А ниже я Овен...
Глава 5. Я уже почти спал. – Однобитовый взгляд. – Тишину нарушил сливной бачок.
Я уже почти спал, когда мне показалось, что на меня кто-то смотрит. С Верой мы лежали лицом друг к другу, следовательно, смотреть могла только она. «Почему только она!? – запротестовало сердце, учащенно забившись. Может, в дом прокрался кто-то чужой?»