– Дрыхнешь? – зло спросил он.

Его ничуть не волновало, что вода в ванне уже давно остыла, ему было все равно, простудится она или нет. Как же она его ненавидела!

– Да вот, заснула… Алексей, меня изнасиловали! – жалко всхлипнула она.

– Кто?

– Ну эти, которые меня домой везли.

– А-а… Ну и что?

– Как это ну и что?!

– Я не понял, Горохову можно тебя трахать, а правильным пацанам – нет?

В этом и был весь Алеха. Гадкий, мерзкий…

– Восемь утра уже. Тебе на работу пора, – сказал он.

– Какая работа?! – в ужасе застонала она. – Я ж на ногах не держусь…

– А зачем тебе на ногах держаться? – гнусно усмехнулся он. – Ложись на спину и все дела… Ноги-то раздвинуть сможешь?

– Нет.

– А я говорю, сможешь!.. Все, давай, собирайся!.. Учти, если Горохов тебя уволит, ты мне и на фиг не нужна…

Он посмотрел на нее убийственным взглядом. Майя догадалась, что ее ждет, когда он перестанет нуждаться в ее услугах. Он попросту ее убьет…

Майя с трудом выбралась из ванны. Насколько хватило сил, привела себя в порядок. Пошатываясь, вышла из дому. В голове гудит, кости ломит, внутри все жжет, на душе смертная тоска. Так плохо, что жить неохота. Так бы и легла под трамвай поперек рельсов.

Но до трамвая еще нужно было дойти. А путь преградила темно-серая «девятка». Из нее вышел приятной наружности молодой человек. В глазах молодецкий задор, на губах яркая улыбка.

– Девушка, вас подвезти? – весело спросил он.

И, не дожидаясь ответа, распахнул перед ней дверцу. У Майи просто не было сил отказаться от столь любезного предложения. Да и желания тоже. Алеха не захотел отвезти ее в банк. Так пусть кто-то это сделает…

Парень усадил ее на переднее сиденье, сел за руль, плавно тронул машину с места.

– Борис, – представился он.

– Майя, – чуть ли не на последнем издыхании пробормотала она.