– Они переходят в другое помещение…

Неожиданно на его плечо легла тяжелая рука:

– Эдди! Привет!

Очкарик дернул плечом, но чужая рука вцепилась железной хваткой и, с силой развернув, приложила его спиной о стену. Очки слетели на пол, и их обладатель увидел перед собой плечистого темнокожего парня в спортивной майке и светлых джинсах.

– Пустите! Я…

Жесткая ладонь зажала ему рот, а сбоку кто-то так врезал ногой по ребрам, что разом перехватило дыхание. Рванувшись, обладатель очков сумел высвободиться от захвата и ударил в ответ, расчетливо стараясь попасть противнику в нижнюю часть живота, но тут его оглушили. Упав на четвереньки, он тяжело помотал головой, пытаясь унять звон в ушах, и почувствовал, что его ставят на ноги. Лица парней в спортивных майках плыли и качались перед глазами, и он пропустил момент, когда один из них двинул в солнечное сплетение…

Двое парней подхватили под руки обвисшего обладателя очков, а третий подобрал упавшую рацию.

– Мы уходим, – сказал он, заглянув в нишу, где сидели ребята в европейских костюмах. Старший из них встал и перешел в опустевший кабинет, оставленный парнями в майках и светлых джинсах…

Проводив взглядом спустившегося в ресторан обладателя темных очков, его приятель посмотрел на часы и бросил другому:

– Разделимся. Ты берешь машины, я отель.

Дождавшись, пока они выйдут, следом за ними направились сидевшие у дверей парни в соломенных шляпах, а на их место тут же уселся один из чернокожей компании, что-то оживленно обсуждавшей в углу бара…

– Прошу. – Мулат пропустил Питера в узкий коридорчик, запер дверь и, пройдя к лифту, нажал кнопку вызова. Бесшумно открылись двери кабины, и Вуд следом за толстяком вошел в нее.