Женя подхватывает с середины стола тарелки с едой, пододвигает их вплотную к стакану отца, и вот на столе перед ним не остается и сантиметра свободного места.

Ольга подает еще тарелку. Женя хватает ее и ставит вторым этажом (больше некуда) на молочник.

Отец, оглядевшись, отодвигает посуду:

- Постой... постой! Ты меня совсем посудой задавила. Я не голоден. Я приехал из богатого края.

Женя:

- А из какого?

Отец (хитро покосившись на дочь):

- Спрашиваешь? А что не скажу - знаешь.

Женя:

- Папа, а там еще войско есть?

Отец:

- Есть.

Женя:

- Но лучше твоего танкового полка уж, наверное, нигде нету. Я так давно решила!

Отец (добродушно):

- Ну конечно, если ты так решила, то тогда нету.

Женя:

- А если бы сам нарком?..

Отец:

- Он... он бы, вероятно, еще подумал.

Женя (со смехом):

- Я не могу думать! Я уже сказала об этом всем своим друзьям и подругам.

Отец:

- У тебя друзей много? И конечно, из них Тимур первый?

Ольга:

- Ну как же... Женя, почему его и вчера и сегодня не видно?

Лицо Жени. (Растерялась.)

Отец (поддразнивая):

- Что же ты так вспыхнула? А я его по пути с другой девчонкой встретил... (После паузы, успокоительно.) Он был чумазый, и они несли в ведрах воду. Ты его позови сюда, Женя.

Женя встала. Она, по-видимому, хочет что-то сказать отцу, но Ольга не так поняла ее движение и остановила:

- Женя, погоди, не сейчас. Папа приехал надолго, и ты еще Тимура сто раз позвать успеешь...

Женя (вспыхнув):

- Я?.. Позвать... Ты ничего не понимаешь!