ИДЕТ ПРИЕМ

К счастью, физиотерапевт, как и в прошлые визиты, работала одна, без медседстры. Симпатичная, но строгая с виду докторша и глазом не успела моргнуть, как Мокрушин оказался уже возле нее. Женская ручка неведомо как очутилась в его сильной ладони. Несколько секунд они молчали. Наконец, глядя сверху вниз ей в глаза, Рейндж ласково, очень душевным, проникновенным голосом, от которого у хозяйки этого кабинета почему-то сразу мурашки побежали по спине, сказал:

– Ирина Николаевна!! Дорогой мой доктор!! С наступающим вас… Чмок!

Женщина выдернула руку, которую Рейндж, впрочем, успел облобызать. Вот же артист… таких еще поискать! Кстати. Мокрушин и вправду внешне здорово напоминает одного американского актера. А именно – Уильяма Дефо, запомнившегося ей по фильмам «Взвод» Оливера Стоуна и «Последнее искушение Христа» Скорцезе…

– До Нового года еще две недели, – напомнила она, поправляя очки. – Впрочем, спасибо за поздравления… Итак, вы были у меня… три месяца назад, верно? Э-э-э… Владимир Алексеевич?! Ну вот что вы за человек?!

– Я? Очень счастливый человек! Во-первых, я все еще жив… И… уж поверьте на слово, доктор… здоров, как бык! Хотя некоторые ваши здешние коллеги – есть такое подозрение! – не верят в этот факт, как в обьективно существующую реальность! А во-вторых, дорогая Ирина Николаевна, вы самый симпатичный доктор из всех, с кем мне доводилось знаться…

Рейндж, не теряя даром времени, извлек из пакета и поставил на стол бутылку шампанского «Moet&Shandon Brut Imperial». Затем выложил коробку бельгийского шоколада «Guylian Sea Shells» с нарисованными на коробке морскими ракушками. Ну и напоследок достал перевязанный ленточкой сверточек, внутри которого находятся духи Chanel № 5 – поскольку женский вкус непредсказуем, лучше всего дарить именно проверенную временем «классику»…

Само собой, он напрочь проигнорировал пару-тройку негодующих реплик, прозвучавших по ходу данной сценки…