И здесь и там надо вырастить детей честными, искренними, верующими в Добро, в Любовь, в Прощение, потому что без этого человечество неминуемо погибнет – какими бы высокими идеологиями оно ни прикрывало взаимную вражду и ненависть. Сменяются поколения, родители по обе стороны так называемого железного занавеса с одинаковыми усилиями стремятся поддержать в молодых искру божественного огня, научить их самопожертвованию не ради собственного комфорта – среди холодильников, автомашин и телевизоров – а ради будущего этой планеты. Научить их любить природу и землю, животных и растения, детей и стариков.

Русская поэтесса Наталия Крандиевская сказала об этом вечном потоке жизни в эпитафии,* которую ее близкие после ее смерти поместили на могильном камне над нею:

__________________

* Н. В. Крандиевская. „Дорога". Сб. стих. Л., 1985.

8

Уходят люди и приходят люди.

Три вечных слова: было, есть и будет,

Не замыкая, повторяют круг.

Венок любви и радости и муки

Поднимут снова молодые руки,

Когда его мы выроним из рук.

Да будет он, и легкий и цветущий,

Для новой жизни, нам вослед идущей,

Благоухать всей прелестью земной,

Как нам благоухал.

Не бойтесь повторенья!

И смерти таинство и таинство рожденья

Благословенны вечной новизной.

Сын Наталии Васильевны, московский физико-химик Федор Федорович Волькенштейн когда-то очень давно заставил меня сесть писать историю моей семьи. „Двадцать писем к другу" были адресованы к нему и без его настоятельного напора не были бы написаны. Его уже, к сожалению, нет в живых. Но мы еще встретимся с ним далее на страницах этой книги – последнего тома моего автобиографического повествования,* хотя я бы с большим удовольствием писала бы короткие рассказы более оптимистического характера. Но так уж вышло.

И будет уместно именно здесь выразить глубокую признательность