— Он не просил тебя что-нибудь перевести?

— Просил, — кивнул Дженкин, — черт знает что. Подкинул кусок из Фукидида.

— Справился?

— Я сказал, что ничего не могу в нем понять.

— А он?

— Рассмеялся и похлопал меня по руке.

— Он всегда питал к тебе слабость.

— А от тебя всегда ожидал большего.

Джерард не стал это оспаривать.

— Извини, что не предупредил, что собираюсь к Левквисту, — сказал Дженкин уже серьезно, — тогда б мы могли пойти вместе. Но я знал, что он разыграет со мной старую шутку. Я не боялся опростоволоситься, но не хотелось, чтобы ты при этом присутствовал.

Джерарда полностью удовлетворило такое объяснение.

— Как вы все здорово жили в прошлом! — воскликнула Роуз.

— Да. Ты только что вспомнила, — согласился Дженкин, — как Джин сделала в лодке стойку на голове. Это было майским утром.

— Ты был там? — спросила Роуз. — Я не помню. Джерард был, Дункан был… и… Синклер.

Дверь распахнулась и вошел, покачиваясь, Гулливер Эш.

Джерард тут же обратился к нему:

— Гулл, ты не видел Тамар и Конрада? Я совершенно забыл сказать им, чтобы шли сюда.

— Я их видел, — ответил Гулливер, с особой тщательностью, раздельно выговаривая слова, как пьяный человек. — Видел. Но Конрад тут же убежал, оставив ее одну.

— Оставил ее одну? — переспросила Роуз.

— Я развлекал ее разговором. Потом тоже оставил ее. Вот все, что имею вам доложить.

— И ты оставил ее? — укорил Джерард. — Как ты мог, это просто отвратительно! Оставил ее стоять одну?

— Я полагал, ее кавалер был неподалеку.

— Немедленно пойди и найди ее, — сказал Джерард.

— Сперва налейте ему, — посоветовал Дженкин, поднимаясь со стула. — Думаю, Конрад уже вернулся.