Едва он вошел в магазин, как глаза разбежались - столько здесь было всего. Но Тому было не до книжек: он направился к кассе и поинтересовался у скрючившегося за ней человечка, не знает ли тот какую-нибудь гостиницу, где можно переночевать. Они никогда не бывали в Париже, - тем более в этом магазине, но человек за кассой отнесся к ним так, словно они знакомы сто лет:

- Ребята, если вы и впрямь в пролете, можете переночевать здесь. Только, чур - на одну ночь.

Так свою первую в жизни ночь в Париже он провел в книжном. Правильнее было бы сказать иначе: первую ночь в книжном он провел в Париже. Том пошел купить им на ужин кебаб, а когда вернулся, принялся беседовать с двумя американками, которые тоже остались здесь на ночь - с той разницей, что у американок на ужин был йогурт. Он же раз и навсегда влюбился в "Shakespeare Co". В ту ночь он не ел и не спал: его поразили американские издания, ничего подобного он раньше не видел.

Глядя, как восходит солнце над башнями Нотр Дам, он вспоминал легенду про доктора Фауста, который, приехав в Париж, привез на продажу партию Гутенберговских Библий - только-только из под печатного станка. Но в Париже его встретили члены гильдии переписчиков - и так заморочили ему голову, что он потерял весь свой товар. Переписчики очень не хотели, чтобы кто-то отбивал у них хлеб.

В ту ночь в нем словно распрямилась скрытая пружина: оказывается, когда книжный закрывается, вовсе не обязательно из него уходить. Просто остаешься и продолжаешь читать. К тому времени он уже привык проводить целые дни в книжных магазинах, что рядом с колледжем: в некоторых из них на него даже стали косо поглядывать, принимая за воришку, однако в ту ночь в "Shakespeare Co" он осознал, что теперь может посвятить этому занятию гораздо больше времени. Но по-настоящему, начало всему было не здесь. "Shakespeare Co" проходил по разделу радостей, вывезенных с летних каникул.