Молодого человека, склонного к размышлениям, эта публика несколько угнетала, чего нельзя сказать о его действительно красивой спутнице. Она наслаждалась всем, что видела, первой своей заграницей, первой совместной поездкой - по сути, это была первая попытка жить вместе с этим вот нескладным малым, который может быть по-настоящему милым, если захочет... Откровенно говоря, у красавицы была уже пара-другая бой-френдов, и попадались неплохие ребята. Но ей как-то не везло. Один был прямо-таки завидный малый, бизнесмен, торговал аргентинским мясом. Ее, Лизу, заставил испанский учить - собирался взять в дело. Курсы за весь год оплатил. А потом взял да и вернулся к законной жене - такая вот осечка. Но Лиза курсы не бросила, училась усердно. Чего ж деньгам пропадать? Пригодится испанский. А личная жизнь - ну, ещё не вечер...

Так они и добрели неспешно до поворота к своему отелю, тут пришлось подняться по ещё одной лестнице, не много не мало сто шестьдесят ступенек, ни единым словом не упомянутых в проспекте туристического агентства, так же, впрочем, как и прочие неудобства: здоровенная псина по соседству, имеющая обыкновение выть ночи напролет, привычка испанцев, хорошо отдохнувших днем - придумали же себе сиесту, - активизироваться после полуночи. Их нимало не приглушаемые голоса, пение и смех отдавались эхом в узких улочках. Впрочем, немцы из соседнего, тоже недорогого отеля, вели себя ещё непринужденнее, но, по счастью, разъехались, всего только две ночи и поорали под окнами. А ещё - вечно закрытый бар и танк - так нарекла Лиза мусоровозку, прибывавшую под утро с великой помпой, словно шел штурм президентского дворца: огни - красные проблески мечутся по окнам заснувших наконец-то домов, пронзительные гудки, будто мало железного грома, производимого опрокидываемыми мусорными баками...

Выбирали отель подешевле - вот и получили. Впрочем, тут вовсе даже неплохо, и воздух куда чище, чем внизу, где отели попрестижнее, зато стадом валят по шоссе машины, автобусы, мотоциклы...