Каюта была пуста.
Я выпрямился и махнул деду, чтобы он бросил свою железяку, поставил на палубу канистру и отчаливал обратно. Затем спустился в каюту.
На столе белел разлинованный лист бумаги, выдранный, наверное, из бортового журнала. На нем печатными буквами было нацарапано:
«Дорогой капитан!
Нам было очень неприятно узнать, что вы сегодня утром совершили преступление – ограбили инкассатора из казино «Магнолия». По вашему виду не скажешь, что вы дерзкий разбойник, потому мы так горько ошиблись в вас. Опечаленные столь грустным завершением нашей морской прогулки, мы вынуждены были покинуть вашу мрачную яхту не попрощавшись с вами.
Однако, будучи людьми гуманными, мы хотели бы предостеречь вас от необдуманных шагов, чтобы предотвратить ненужное кровопролитие. Работники казино, к сожалению, не могут обратиться за помощью в милицию, и вами займется служба безопасности казино. Поверьте, это очень жестокие ребята, и мы желаем вам не попасть в их ручки.
Исчезните с побережья, если хотите жить, – вот добрый вам совет.
Глава 8
За бортом раздался всплеск воды. Кто-то шумно высморкался, а затем постучал в борт.
– Эй, капитан!
Я поднялся на палубу. Никаких плавсредств рядом не было, лишь далеко за мысом, в обрамлении белой пены, мчалась моторка, ведомая нашим сторожем. Я осторожно заглянул за борт. Ухватившись рукой за якорный трос, в воде плескался мужчина с загорелой лысиной.
– Чего надо? – спросил я.
– Катаешь?
– Нет!
– Нас всего двое. Я и подруга.
– Я же внятно сказал!