И только сейчас Орчид Джонс посмотрел на свои руки, но он не отдавал себе отчета, что смотрит на то, что для многих преступников оказалось равносильным смертному приговору. Он просто заметил, что спирт, которым он пользовался для удаления отпечатков пальцев, слегка растворил черную краску, с помощью которой он подделался под негра.

Спустя двадцать минут Орчид Джонс вошел в номер гостиницы, в котором находился генерал Ино, делившийся с Праудменом Шастером перлами восточной философии, которые он экспромтом сам же и состряпал.

- Успех человека, тщательно строящего планы, может показаться постороннему наблюдателю подобным успеху любого глупца... - Ино остановился и пристально посмотрел на Орчида Джонса. - Ну, черный цветок, что случилось?

- Мне пришлось прикончить этого сенатора, - сказал Орчид.

- Зная тебя, я мог бы биться об заклад, что так и должно было случиться, - сказал с ухмылкой генерал Ино. - Но при каких обстоятельствах?

- Этот пустомеля надул нас.

- Да что такое ты говоришь! Слыхано ли, чтобы сенатор занимался надувательством!

- Они собираются воскресить не Томаса Джефферсона, - прорычал Орчид Джонс.

- Да? - это единственное слово прозвучало в устах генерала Ино, как вызов. Внезапно он стал серьезным.

- Я полагал, что это будет Томас А.Эдисон, - сказал Орчид. - Видите ли, я ставил на Эдисона. Но я ошибся.

- Это не исключалось, - нахмурился генерал Ино. - Но избавь нас от подробностей этой драмы. Меня интересует лишь одно. Я жду.

И тогда Орчид прошептал имя, которое он выжал у несчастного сенатора Фанстона.

Имя это явно потрясло генерала Ино. Какое-то время он не проронил ни звука.

- Как известно, - с тревогой заметил Праудмен Шастер, - этот Сэвидж редко проигрывает пари.

Хэм, другой юрист и помощник Дока Сэвиджа, придерживался такого же мнения: Док Сэвидж, как правило, не упускает возможности выиграть.