Кроме того, он умел работать с людьми. При формировании батальона он лично пересмотрел характеристики своих командиров, поговорил с каждым из них, обошел все машины и побеседовал с танкистами. Уже знакомясь со своей ротой, Петров обнаружил, что в каждом из вновь сформированных экипажей есть один-два успевших повоевать танкиста. Сам Шелепин попал на фронт из 1-го Ульяновского танкового имени Ленина училища, где был преподавателем. До училища комбат служил на Дальнем Востоке и имел орден Красного Знамени за бой у Баин Цагана.

— Старший лейтенант Петров… — начал было с ходу докладывать комроты.

— Вольно, — остановил его комбат. — Иван Сергеевич, времени мало, будем, что называется, без чинов.

Это была еще одна особенность Шелепина — если не надо было торопиться, он всегда обращался к подчиненным по имени-отчеству.

— Иванов и Бурцев задерживаются, — заметил комиссар.

В этот момент подбежал комроты-2 лейтенант Бурцев, почти сразу за ним, придерживая на бегу полевую сумку, явился командир третьей роты Иванов.

— Долго спать изволите, товарищи, — едко заметил комбат. — Ладно, на будущее учтите, здесь не тыл, оборачиваться нужно быстро. В идеале вы должны прибыть еще до того, как я закончу отдавать приказание.

Лейтенанты виновато потупились.

— В общем, положение следующее: дивизия двигается к фронту двумя десятками эшелонов, мы, получается, авангард. Наша задача — проследовать на западную окраину города Н***. Там будем ждать дальнейших приказаний. — Комбат почесал плохо выбритый подбородок. — Но это, так сказать, общая линия. Сейчас нам нужно разгрузиться. Пандуса здесь, естественно, нет, поэтому будем мастерить съезды сами. Слева у нас эшелон, сгружаемся направо. Для изготовления мостков использовать запасные шпалы, бревна и рельсы, местное начальство нам должно помочь. Если не поможет — вон штабеля, разберем сами.