Перед заходом солнца Рэу встал с примятой травы и зашагал в сторону моря.
Нау шла рядом.
И чем ближе был шум морского прибоя, тем тревожнее становилось в ее душе. Впервые в жизни она без радости подходила к морю.
Вот уже прибой и куличьи стаи на его изломе.
Рэу остановился.
Солнце падало в воду. Над линией, где соединялось небо с водой, оставался верхний край диска, и от него по воде бежала звонкая светлая дорожка, упиравшаяся в мокрый галечный берег.
Рэу ступил на эту дорожку, шагнул в воду, и на том месте, где только что был человек, мелькнул на мгновение китовый фонтан.
Нау в порыве шагнула в воду, но что-то сильное и властное вытолкнуло ее обратно на берег.
А кит уходил все дальше, и вскоре его фонтан померк вместе с последним отблеском погрузившегося в море солнца.
2
Когда солнце вставало над лагуной, достигнув своей высшей точки, Нау спускалась на берег и стояла, пока вдали не начинала играть радуга.
Радость ее росла по мере того, как к берегу приближался кит и громче становилось его взволнованное дыхание.
Обратившись в человека, Рэу брал Нау за руку и шел вместе с ней на мягкие тундровые травы.
Они мало говорили. Многое из того, что нужно было передать друг другу, само собой изливалось через взгляд, прикосновение и даже просто через долгое молчание.
Проходили дни, полные счастья, невидимого и неслышимого полета души. И однажды Нау увидела, что дальние горы покрылись снегом.
— Что это?
— Это то, что погонит нас в другие моря, — ответил Рэу.
— Значит, ты покинешь меня?
Рэу промолчал.
С каждым днем свидания укорачивались, потому что солнце торопилось уйти в воду, сокращая свой небесный путь. В воздухе закружились белые снежинки. Падая на землю, на лужицы, в бочажки, они превращались в холодную воду.