- Ты нас видишь, Нвнси? - прошептала Кэдди.- Ты тоже видишь наши глаза?

- Я всего только негритянка,- сказала Нэнси.- Господь знает, гос- подь зкает...

- Что там было на кухне? - прошептала Кэдди.- Что это хотело войти.

- Господь знает, - сказала Нэнси. - Господь знает. - Нам были вид- ны ее глаза.

Дилси выздоровела. Она принялась готовить обед.

- Ты бы еще денек полежала,- сказал отец.

- Зачем это? - сказала Дилси.- Полежишь еще денек, так тут кам- ня на камне не останется. Ну, уходите отсюда, дайте мне мою кухню привести в порядок.

Ужин тоже готовила Дилси. А вечером, как раз в сумерки, на кухню пришла Нэнси.

- Почем ты знаешь, что он вернулся? - спросила Дилси.- Ты ведь его не видела?

- Иисус - черномазый,- сказал Джейсон.

- Я чувствую, - сказала Нэнси, - я чувствую, что он спрятался там, У во рву.

- И сейчас? - спросила Дилси.- Сейчас он тоже там?

- Дилси тоже черномазая,- сказал Джейсон.

- Ты бы съела чего-нибудь,- сказала Дилси.

- Я ничего не хочу,- сказала Нэнси.

- А я не черномазый,- сказал Джейсон.

- Выпей кофе,- сказала Дилси. Она налила Нзнси чашку кофе.- Ты думаешь, он сейчас там? Почем ты знаешь?

- Знаю,- сказала Нэнси.- Он там, ждет. Недаром я с ним столько прожила. Я всегда знаю, что он сделает, еще когда он и сам не знает.

- Выпей кофе,- сказала Дилси.

Нэнси поднесла чашку ко рту и подула в нее. Рот у нее растянулся, как резиновый, губы стали серые, словно она сдунула с них всю краску, когда стала дуть на кофе.

- Я не черномазый,- сказал Джейсон.- А. ты черномазая, Нэнси?

- Я богом проклятая,- сказала Нэнси.- А скоро я никакая не буду. Скоро я уйду туда, откуда пришла.

III

Она стала пить кофе. И тут же, пока пила, держа обеими руками чашку, она опять начала издавать этот звук.