Из фургона раздался голос Маклина:

— Мы нашли, Сид!

— Несите наружу! — крикнул Блэкуэлл. В его глазах загорелись алчные огоньки.

Покер-Харрис и Маклин вытащили ящик из фургона и с глухим грохотом поволокли по пыли. Блэкуэлл достал свой кольт, взвел курок и дважды выстрелил. После этого он носком сапога откинул крышку ящика. Перед его глазами сверкали сорок тысяч блестящих серебряных долларов.

Харрис застонал. Маклин приглушенно хихикал. Счастливчик, который только что привел лошадей, громко смеялся. Джексон встал на колени и запустил обе руки в груду монет.

— Дьявольски приятное занятие так вот рыться в деньгах.

— Триггер, встань! — холодно сказал Блэкуэлл.

Джексон поднял голову и заметил в его глазах холодный блеск.

— Хорошо, Сид! — Он встал.

— Мешок сюда! — скомандовал Блэкуэлл. — Торопитесь, ребята! Мы извели порядочное количество пороха, и, если где-нибудь поблизости был патруль янки, он мог услышать выстрелы и теперь захочет посмотреть, что здесь произошло.

Пока Маклин и Счастливчик приторочивали к седлам большую веревочную сетку, Харрис выгреб из сундука деньги. Джексон заменил расстрелянные патроны в своем кольте. Потом он заглянул в салун.

— Что мы сделаем с лейтенантом, Сид?

— У Додо он в хороших руках, — ответил Блэкуэлл, ухмыляясь.

Джексон как бы играючи взял свой револьвер и погладил его по мерцающему вороненому стволу.

— Может, лучше застрелить его, амиго?

— Ни в коем случае — за нас это сделает армия янки. Этот человек уже практически мертв.

— Понимаю, — засмеялся Джексон. — Ты думаешь, его будут судить?

— Конечно. Он струсил и дал разграбить сорок тысяч долларов из армейской казны. Это тяжелый удар для голубых мундиров. Либо его поставят к стенке, либо выгонят со службы. Что бы ни произошло, он человек конченый.

— А Додо? — спросил Джексон лукаво. — Она же виснет на тебе, как репейник. Она желает выйти за тебя замуж.