— В ближайшие полчаса — они никогда не приезжают позднее.

Блэкуэлл сделал знак Джексону и встал у окна. Джексон поднял свой кольт, оттеснил женщину в угол и направил на нее ствол револьвера.

— Мы ничего не имеем против вас лично, — сказал он мягко почтмейстеру, — но хотим избежать того, чтобы вы поставили нас в затруднительное положение. Когда придет кучер фургона, вы выйдете, чтобы дать ему свежих лошадей, и будете вести себя как всегда. Вы не скажете ему ни слова о том, что произошло сегодня, понятно? — Он взвел курок своего револьвера. — Вы ведь не так давно женаты, не так ли? Вся жизнь еще лежит перед вами. Подумайте об этом, когда будете выходить! Одна ваша ошибка, и вы увидите вашу жену только мертвой. Я достаточно ясно выразился?

— Я сделаю все, что вы мне прикажете, — сказал мужчина. На лбу его выступили мелкие капли пота.

— Ни одной ошибки, или вы в этом раскаетесь! — предупредил Джексон и вышел.

Чимарро-Счастливчик и Харрис как раз напоили своих лошадей и отвели их за дом от чужих глаз. Блэкуэлл вошел в салун, где все еще сидела Додо.

— Додо, сокровище! — Он остановился позади нее и положил ей на плечо руку.

Женщина повернула голову и посмотрела ему в лицо. Две морщины легли на ее лоб.

— Ты говоришь со мной таким тоном, когда желаешь что-то скрыть от меня. Что случилось, Сид?

Блэкуэлл пододвинул себе стул и сел… Он сказал:

— Ну, Додо, почему ты так недоверчива?

Ее бровь поднялась.

— Ты не говоришь мне, зачем я вам нужна, Сид. И все же, что я должна сделать для тебя?

— Офицер, — протянул Блэкуэлл. — Помнишь о нем? Ты сказала, что он иногда заходит в ресторан. Он может представить для нас большие затруднения. Все люди мне нужны снаружи. Ты должна… гм… позаботиться о том, чтобы он не смог выйти из дома. Сделаешь это ради меня?

Она плотно сжала губы, ее и так бледное лицо побледнело еще больше:

— Убийство, Сид?