На тюрьму это не похоже, но все-таки... Максим смотрит на странный дом.
Шипит, брызгается жиром картошечка на сковородке, МАМА МАКСИМА готовит обед. Максим, изнасиловав старый рукомойник во дворе и обтеревшись полотецем, садится за стол. На его тарелку вываливается огромная порция gnkrhqrni поджарки. Мальчик набрасывается на еду.
Максим (за кадром). Из всех достопримечательностей этого хутора была разрушенная церковь и большой детский дом. Это я от мамы узнал, про детский дом. А ей местные сказали.
НАТУРА - ДЕРЕВЕНСКАЯ УЛИЦА - ДЕНЬ.
Болтая пустым бидоном, Максим топает по улице, начисто лишенной асфальта, зато в изобилии покрытой коровьими лепешками.
Проходит мимо остатков церкви.
Максим (за кадром). Ну, а моим было в облом таскаться за молоком в деревню, поэтому они в основном меня заряжали, а сами в это время сончас себе устраивали.
Максим останавливается около сетчатого забора, подходит нему и надблюдает за тем, что происходит во дворе. А во дворе время от времени появляются как попало одетые ребятишки всех возрастов, они шумят, снуют между постройками, кто по делу, а кто просто так. Слышны обрывки мелодии.
Максим (за кадром). Из окон все время неслась какая-то галимая музыка с пластинки. Что-то типа "Beatles", переделанного под танцевальную музыку. Но всё равно хуйня страшная: И обитатели детдома тоже те еще кадры… пацаны, девки… Ё-моё, все в лохмотьях каких-то отстойных: Ну да, в общем, очень бедно. У нас так никто не одевается.
НАТУРА - ПОЛЕ - ДЕНЬ.
До горизонта - поле, покрытое буйным разнотравьем. Дико стрекочут кузнечики и прочая мелкая живность. По полю вьется тропинка, по тропинке петляет Максим.