Андрей молчал.
– Однако… – сказал отец.
– Однако что?
– Монах облапошил дьявола.
Андрей ахнул от изумления.
– Несчастный знал, что дьявол извратит все то, что разоблачает его, поскольку заботится лишь о том, чтобы с помощью распространения знания сеять гибель. Поэтому монах принялся за дело и спрятал на трех страницах Книги ключ ко 'всем извращенным, перекрученным словам, которые написал дьявол: он оставил людям пояснение, как именно следует читать этот завет Сатаны. Потом он изобразил дьявола в середине Книги, чтобы предупредить всех тех, кто сдавался, ложился и умирал. Когда много дней спустя другие монахи разломали стены, то пришли в ужас. Книга лежала там, как и было обещано, но труп убийцы их братьев по вере оказался таким же обгоревшим, как и его жертв, которых он обрек на гибель от пламени.
Андрей издал испуганный крик. Глаза его отца сверкали, отражая свет немногочисленных плошек с жиром, мерцавших в корчме и вносивших свою лепту в запах подгоревшей еды, повисший под потолком. Большинство других постояльцев уже уползли в спальни или храпели, прямо здесь упав под стол.
– Тот, кто был особенно достойным или мудрым человеком, получал право изучать Книгу, – прошептал отец Андрея. – Как ты считаешь, откуда пришли все успехи, все новые идеи, постоянно возникавшие и мерцавшие в темноте времени? Как ты считаешь, откуда пришло первое знание алхимии?
– Из Книги?
– А откуда пришли все ужасные планы, войны, нетерпимость, гонения, убийства, плохие Папы и злые господа? Постепенно заполучить Книгу становилось все труднее, и само знание о ней было потеряно.
– А откуда вам все это известно, батюшка?
– Еще до того, как я встретил твою мать, и до того, как родился ты, мне как-то повстречался один старый алхимик… – Отец Андрея на одно крошечное мгновение замолчал в нерешительности. – Я встретил его в темнице в Вене, если хочешь точно знать, куда меня привела немилость плохих людей. Однако этому старику повезло еще меньше, чем мне: его приговорили к сожжению на костре. В ночь перед экзекуцией он и поведал мне эту историю.