Было слышно, как они переговариваются в большой комнате.

Он умылся. Сложил в несессер мыло и полотенце. Потом запихал мыльницу, зеркальце с раковины, щипчики для ногтей и такие железные штучки - ресницы загибать.

Несессер не закрывался, но это ерунда. Он надел пальто, взял чемодан. Вышел в комнату.

Увидев его, Максин обхватила Рэю за плечи.

- Вот и все, - произнес ЛД. - Вот и до свиданья, - сказал он. - Не знаю, что и сказать, наверное, больше не свидимся. С тобой тоже, - сказал он Рэе. И с тобой, и с идеями твоими завиральными.

- Иди, - сказала Максин. Она взяла Рэю за руку. - Мало еще крови попортил. Давай, ЛД, уматывай. Оставь нас с миром.

- И запомни - вся проблема у тебя в голове, - добавила Рэя.

- Пошел я, что тут еще скажешь, - вздохнул ЛД, - куда глаза глядят. Подальше из этого дурдома, - добавил он. - Вот что главное.

- По твоей милости дурдома, - ответила Максин. - Если здесь - дурдом, то по твоей милости.

Он поставил чемодан на пол, положил несессер сверху. Выпрямился, поглядел на них.

Те попятились.

- Осторожно, мам, - проговорила Рэя.

- Я его не боюсь, - ответила Максин.

ЛД взял несессер под мышку, поднял чемодан. Произнес:

- Вот только что еще я хотел сказать напоследок.

Но не смог придумать, что же это, собственно, могло быть.