Вопли сирен достигли «Песчаного бара», свайной постройки в рустикальном стиле, которая пряталась за манграми на острове Литтл-Торч-Ки. Посетители кинулись к окнам, откуда открывался вид на Саут-Пайнский пролив. Перед мостом скопились «скорые». Зеваки из бара «Дебри» услышали: «уоп-уоп-уоп-уоп», подняли головы и увидели полицейский вертолет, прилетевший спасать службу спасения.

«Меркьюри» с поднятым капотом уже загорелся. Когда огонь добрался до топливного бака, зрелищем насладился весь тики-бар на острове Луи-Ки. Рыбацкий гид с потрескавшимся от солнца лицом поставил свое пиво на стойку.

– Давно такого не было! А мне после обеда нужно в Бока-Чика.

– Позвонить Фоули? – спросил бармен. – Узнаете, можно ли туда добраться.

В баре на Шугарлоуф-Ки зазвонил сотовый.

– Фоули слушает. Стойте, сейчас выгляну… Нет, дорога свободна. Движение нормальное… – Грохот. – Ничего себе! Разбили лодку с наркотой!.. Ага, на дороге валяется… Да, все хватают и убегают…

Опять «уоп-уоп-уоп-уоп». С крыши Безымянного бара, наследия тысяча девятьсот тридцать пятого года, укрывшегося в банановых зарослях на проливе Боуги, снялся еще один вертолет.

Посетители вышли из бара на дорогу. Через громкоговорители разогнали рыбаков, и вертолет сел, разбрасывая ведра с наживкой.

Лопасти замерли. Из кабины вылез пилот в зеленом комбинезоне, снял шлем и оказался девушкой.

К пилоту подошел один из посетителей бара.

– Что случилось?

– На Саммерленде загорелась машина, огонь перекинулся на кусты. Мы охлаждаем двигатели.

Еще трое зевак подпирали мост. Старший из них – довольно культурный байкер с севера Флориды Соп Чоппи.