— Что, простите?

Даша рассеянно шарила в сумке в поисках кошелька.

— Триста рублей.

— За… кофе? — Даша подняла голову.

— За два.

Даша еще раз посмотрела на чашку, на кофе, все было более чем скромным — чашка пластмассовая, кофе даже не пахло.

— Как у вас, однако…

Она достала деньги.

— Почти как в Швейцарии.

— Стараемся, — улыбнулась буфетчица. — Поднимаем уровень.

Они успели выпить кофе, сжевать пару бутербродов и даже, в глубине души, заподозрить, что такого рейса в природе вообще не существует, когда диктор наконец-то объявил долгожданную посадку на Магнитогорск. Пиная ненавистные чемоданы, сестры заспешили к стойке.

Народу на удивление было немного. А с лыжами так и вовсе человека два-три. Даше это показалось подозрительным — обычно горнолыжные курорты собирают более многочисленные компании. Но в этот момент ее наконец-то избавили от проклятого багажа, и, почувствовав себя свободной и счастливой, путешественница отбросила темные мысли. В голове промелькнуло — умеют все-таки в родной стране создать радость из ничего!

Процедура досмотра тоже нисколько не покоробила, напротив, Даша с интересом отметила, что носки у всех пассажиров были чистыми и без дырок. Еще больший интерес вызвали люди, показывающие проверяющим какие-то таинственные документы и в результате проходящие без досмотра. Поначалу она даже разволновалась — а вдруг это преступники, но потом успокоилась, уж коли уготовила ей судьба отправиться в лучший из миров именно сегодня, то так тому и быть. Возможно, Господь, вслед за Полетаевым, посчитал, что лучше ее убить, чем позволить обзавестись потомством.

— Даш, а долго нам еще ждать? — припрыгивая от избытка эмоций, вопрошала Ксюша.

— Боюсь, что да. — Старшая сестра озабоченно посмотрела на часы. — Еще часа полтора.

— Ой, — младшая тут же принялась хныкать, — а что я буду делать?