– Посмотри, Антон, – протянул сержант бинокль товарищу. – Что-то у меня с глазами. Вижу тень, а от чего она – не вижу.

Бегичев взял бинокль.

– Тень... Я тоже вижу тень... Она передвигается, – вскрикнул пограничник.

– Может, облака... – неуверенно произнес Узоров. Оба посмотрели на небо. Оно было чистым до самого горизонта.

– Теперь бегом, – приказал сержант. – На месте разберемся и с этим фокусом. Я – по следу, ты – в обход. Маскируйся и действуй по обстановке. Сигнал – взрыв гранаты.

Узоров согнулся и быстро скользнул вперед. Ноги его сразу обрели легкость. Таким он был всегда в минуту напряженной погони или опасности.

Остановила его длинная автоматная очередь. Пули пропели высоко над головой, и Узоров догадался, что стреляют издалека.

"Хорошо, что он заметил меня. Это заставит его сконцентрировать внимание только на мне. Только бы Антон успел", – думал сержант, продолжая бежать по самой кромке бархана.

Короткая очередь полыхнула откуда-то слева. Нарушитель сменил позицию. Еще одна очередь. Пули вжикнули над головой.

Узоров упал, быстро добрался до гребня, снял фуражку, положил козырьком к противнику и отполз в сторону. Старый прием, но верный. Сержант отполз еще дальше и укрылся за наметенным ветром взгорком.

Он взглянул на часы. Прошло пятнадцать минут.

Снова короткая очередь – и фуражку словно ветром сдуло.

Сержант осторожно выглянул из укрытия. Каждый мускул у него был напряжен до предела. И тут он услышал звук. Левее того места, откуда нарушитель вел огонь, вырос султан взрыва.

Узоров резко вскочил на ноги и ринулся по склону на тусклые вспышки выстрелов. Сержант на бегу бил короткими очередями по гребню и, как ему казалось, быстро карабкался наверх. Справа стрекотал автомат Бегичева.

Внезапно выстрелы прекратились. В жгучем мареве, струившемся над раскаленными песками, вырос силуэт человека с поднятыми руками.

Вот уже можно разглядеть искрящийся на солнце длинный халат лазутчика и такого же цвета диковинный капюшон, закрывающий верхнюю часть лица неизвестного.