Как ни странно, это изуродованное лицо испугало его гораздо меньше, чем мертвое тело Екатерины. Он как будто вообще не испугался, просто все происходящее в какой-то момент показалось нереальным, отрывками ночного кошмара, галлюцинацией…

– Витя…

Виктор судорожно оглянулся.

– Ви…тя… – В другом углу комнаты, прислонившись спиной к стене, сидел Твердислов. Профессор был все в том же щеголеватом светлом пиджаке, что и вчера. На груди, чуть выше кармашка с платочком под цвет галстука, Виктор заметил аккуратную темную дырочку, из которой вниз к раскинутым ногам тянулась тонкая кровавая струйка.

В два прыжка Виктор покрыл расстояние, отделяющее его от профессора.

– Всеволод Аристархович! Вы ранены? Всеволод Аристархыч!

Шок от увиденного сменился истерикой. Виктор присел на корточки рядом с профессором и зачем-то потрогал ладошкой его голову, так, как это делают, когда хотят узнать, есть ли у человека температура.

– Я сейчас «Скорую» вызову, Всеволод Аристархович! Я сейчас…

– Поздно, Витя… – прошептал профессор. – Поздно «Скорую»… Я же биолог, я знаю…

– Что здесь произошло, Всеволод Аристархович? Что?!

– Мы разговаривали… грубо… Пришла Катя, он ей начал хамить… Я ему по морде… Он меня в живот… Катя ему пощечину, он ей в живот… Я мужчина, понимаешь, Витя, не могу смотреть, когда женщину бьют… Достал нож, а он меня из пистолета, тогда Катя ему кислотой в лицо и бежать, на помощь звать… а он в нее… выстре…ли…л…

Профессор закашлял, изо рта у него потекла розовая слюна. Он взглянул широко раскрывшимися глазами в лицо Виктору, попытался еще что-то сказать, но не смог.