— Госпожа Маврушкина пообещала, что съест все таблетки, какие есть у нее в аптечке, — предупредила она.

— Предложи ей начать со слабительного — это отсрочит самое страшное, — распорядился Кудесников.

Лиза фыркнула, но все-таки вышла, захлопнув за собой дверь. Она была умна, деятельна и довольно привлекательна. И немножко влюблёна в босса. Свою симпатию пыталась замаскировать, но делала это плохо, как все одинокие тридцатилетние женщины, измотанные ожиданием счастья. К настоящему моменту она знала о личной жизни Арсения больше, чем могла бы знать его родная сестра. Именно Лизе приходилось с близкого расстояния наблюдать за тем, как босс флиртует, крутит романы и, мастерски лавируя, уходит от серьёзных отношений.

— Итак, Виктория, — снова обратился детектив к рыдающей клиентке, подавшись вперед. — Вы считаете, что муж вам изменяет, но фактов у вас нет.

— Нет фактов! — простонала та, выглянув из носового платка. Лицо ее к этому времени потеряло вид: веки набрякли, а белки покрылись багровыми прожилками. — Но я уверена! Моя интуиция просто вопит об этом!

— Если ваши предположения подтвердятся…

— А ведь мама меня предупреждала! И что теперь скажут родственники?!

Кудесников закатил глаза. Некоторые люди поражали его. Их жизнь рушилась, а они опасались того, что подумают другие!

Клиентка наконец оторвалась от платка окончательно и явила миру жуткую маску отчаянья.

— Почему это случилось именно со мной?! — задала она сакраментальный вопрос.

— У вашего мужа подходящий возраст для того, чтобы увлечься новой женщиной, — доверительно сообщил Кудесников, но не довел свою мысль до конца.

Дверь кабинета во второй раз приоткрылась, образовав щель, в которую просунулся острый нос секретарши.

— Что? — раздражённо крикнул он. — Маврушкина наконец покончила с собой?!

— Нет, она едет сюда, — сообщила Лиза. — Что делать?