— Это ты, Вовка? — спросил Мишка.

— Я!

Мишка открыл дверь, и, несмотря на то что у меня было плохое настроение, я как увидел его, так стал долго-долго смеяться.

Мишка стоял под душем синий-пресиний и весь какой-то очень пупырчатый. Как только я вошел, он сразу надулся, выпятил свою тощую грудь, как голубь-дутыш, расправил плечи и слегка согнул в локтях руки. Ну точно Юрий Власов при подходе к рекордному весу! Мишка из «Огонька» его фотографию вырезал и над столом у себя повесил.

— Ну, чего ржешь? — спросил он сдавленным от напряжения голосом и выключил воду.

— Ну и видик у тебя, Мишка!.. — еле сказал я и присел на край ванны.

Мишка выдохнул воздух и нормальным голосом попросил:

— Вовка, подай, пожалуйста, полотенце.

Я дал ему полотенце, и он начал себя растирать. Когда он стал совсем сухой и не такой синий, он повесил полотенце на шею, надел трусы, опять сделал голубя-дутыша и проговорил тем самым голосом, которым спрашивал, почему я смеюсь:

— Провалиться мне на этом месте, если я к зиме не стану моржом!..

— Кем?

— Моржом. Которые в проруби плавают. Понял?

— Ладно. Не проваливайся. Тебе бабушка не разрешит.

— Ха!.. — сказал Мишка и вылез из ванной. — Кто ее спросит?

Я стал чистить зубы, а Мишка натягивать штаны.

— Послушай, Мишка! — сказал я и сразу же забрызгал все зеркало зубной пастой. — Что такое ломовой извозчик?

Я вынул щетку и стал рисовать ею на зеркале Ту-104.

— Ааа... — протянул Мишка так, словно он тыся чу раз слышал про ломовых извозчиков. — Это которые металлолом возят...

— Они ругаются? — спросил я.

Ту-104 не получался, и я решил переделать его в истребитель.

— Еще как!

— Почему?

— План не выполнят или еще что...

Вот Мишка все всегда знает. Что ни спроси, все!

— Да, Чумак!.. — вспомнил я. — Что это за бандура у нас в коридоре стоит?

— Какая бандура? — удивился Мишка.