- Какой ещё праздник?! – Митенька упирался и не уходил.

- День рождения Комсомола! – засмеялась молодая женщина.

- Ладно, спрошу, - Митенька махнул рукой, - а ты тут убери пока всё, а то ведь знаешь, только уйдём, и сразу досмотр будет.

- А Викуша, кстати, тебя видела! – шепнула мне Ленусик. - И ты ей понравился.

« Хм, Викуша?! Интересно, когда это она меня видела? Уж не та ли это мадама, с которой я столкнулся, выходя из лифта. Но та и одета была «я те врежу», да и по виду старше нас. Занятно!», - я ничего не ответил, продолжая курить. Ленусик выбросив окурок, нырнула с балкончика в комнатку, быстро собрала рюмки, блюдечко и пустую бутылку в рваный целлофановый пакет, и засунула его под кровать. Потом она сбросила свой затрапезный халатик, оставшись в одних трусиках, сняла с плечиков, висевших на вбитом в стену гвоздике, простенькое платьице и быстро одела его. Все эти манипуляции Ленусик проделала нисколько меня, не стесняясь, мы были слишком давно знакомы. Потом женщина окликнула меня, и, вызвав из комнаты бабушки Митеньку, мы направились в гости.

Дверь нам открыла симпатичная стройная женщина в «монтановском» джинсовом платье и не по-домашнему, туфлях на высоких каблуках. Я в рваных домашних тапочках, выданных мне Митенькой, почувствовал себя идиотом.

- Здравствуйте, - нараспев, поздоровалась соседка моих друзей. Это была именно та самая «мадама». Охуеть!

- Вот, знакомьтесь, - Ленусик подтолкнула меня вперёд. - Это - Андрей. Наш друг семьи, можно так сказать.

- Очень приятно, - женщина улыбнулась и протянула мне руку. - А меня зовут Виктория.

- Какое вкусное имя! – попытался сострить я.

- Любишь сладкое? – женщина смотрела мне прямо в глаза.

Пока я раздумывал над хлёстким ответом, инициативу снова забрала неугомонная Ленусик.