Ступив на лестницу, Антон еле сдержался, чтобы не перейти на бег.

— Ваш пропуск? — спросил дежурный на выходе.

— Я с ними, — быстро нашелся он, указав рукой на двух офицеров, по виду высокого чина, которые прошли впереди него.

Оказавшись на улице, Антон не удержался и почти побежал к открытым чугунным воротам, через которые свободно проходили люди.

Добираясь до дома, он постоянно оглядывался назад, но его никто не преследовал.

Войдя в парадный, он увидел опечатанную квартиру и вспомнил, что ключи забрали чекисты. Тогда он позвонил в соседнюю дверь.

Открыла хозяйка Мария Семеновна и удивленно ахнула.

— Господи, никак отпустили! А я гляжу, бумажка на двери наклеена…

— Отпустили, Марья Семеновна, — перебил ее Антон. — Разобрались и отпустили. Только вот ключи куда-то задевал… то ли у них оставил…

— Сейчас, милый, сейчас, — закивала соседка и вынесла Антону запасные ключи. — Слава богу. А я уж думала…

Антон поблагодарил ее и, сорвав печать, открыл дверь.

Ощутив голод, он поставил на плиту чайник, достал из буфета полбанки варенья и пакет с засохшим печеньем. Пока кипятилась вода, он жевал печенье и напряженно соображал, что делать дальше. Время еще есть. Наверняка им сейчас не до него. Пока спохватятся, он уже примет решение.

Засвистел чайник.

Наконец к Антону пришло четкое осознание всей тупиковости ситуации. Все равно это конец. Во всяком случае, конец его прежней жизни. Здесь больше ничего не будет — ни друзей, ни его работы, ни диссертации. Этот мир в одночасье отторгнул его, и есть только один выход — бежать. Но куда? Куда можно скрыться от них, если ты уже есть в их списке? Ведь они везде! Но все равно надо бежать, исчезнуть, искать свой мир, или мирок, спрятаться, затаиться, а потом… Потом он решит, что делать дальше.